Мантинея: фиванцы против спартанцев

Битва при Мантинее, в июле 362 года до н.э., до сих пор приводится в учебниках военной стратегии и тактики, как пример того, что в правильно организованном сражении можно одержать победу, даже лишившись командования. На стороне фиванцев было численное превосходство над силами противника, и блестяще организованная тактика. Но последствия ее были необратимы. Фиванцы лишились своего лидера и утратили надежду на гегемонию, а Спарта потеряла былое могущество. 

Все это не только привело к временному усилению Афин, но и к последующему завоеванию Греции Македонией, поскольку не осталось ни единого города, который мог бы объединить греческие полисы против общей угрозы.
В самих полисах шли непрерывные войны между богатыми и бедными, военные союзы расторгались, и заключались вновь, города были откровенно враждебны друг другу, и выдающийся историк Ксенофонт прекратил ведение греческой истории, считая свой труд бесполезным.

Предыстория и расклад сил

Битва при Мантинее – заключительный этап Беотийской войны, которая продолжалась с 378 г до н. э. до 362 г до н. э. Беотийский союз во главе с Фивами, находился в состоянии перманентного военного конфликта с Пелопонесским союзом, который возглавляла Спарта. Некоторые греческие города поддерживали Фивы, потому что были недовольны гегемонией Спарты, но и у Спарты были свои союзники. Расстановка сил периодически изменялась после проведенных сражений. Союзники становились врагами, враги – союзниками. Разгромив Спарту в 371 году, Фивы предприняли попытку установить новую гегемонию вместо спартанской, на этот раз вокруг своего города. Для этого Фивы заключили союз с аркадянами, аргивянами и элейцами, и направились в Пелопонес. Фиванский полководец Эпаминонд во главе огромного войска вторгся в Лаконику и разорил ее, но саму Спарту захватить не смог, потому что спартанцы, во главе с Агесилаем, оказали ему упорное сопротивление.

Эпаминонд отторг от Спарты Мессению, основав там город Мегалополь, который должен был ограничить влияние Спарты на Пелопонесе, и постепенно установить там гегемонию Фив. Сын Агесилая, Архидам, разгромил аркадян и аргивян в битве, прозванной Бесслезной, поскольку, по преданию, там не погибло ни одного спартанца, после чего Спарта заключила союз с эолийцами. Тогда же Мантинея, в ответ на захват аркадцами общегреческой святыни – статуи Зевса в Олимпии, вышла из союза аркадских городов, и присоединилась к союзу спартанцев т эолийцев. Афины, не желая господства Фив, тоже поддержали Спарту, и направили свою армию морем, чтобы ее не перехватили на суше фиванцы. Эпаминонд повел свою армию в Пелопоннес, чтобы подтвердить фивано-аркадскую гегемонию.

Битва при Мантинее состоялась между фиванцами, которых возглавлял Эпаминонд, (их поддерживали аркадцы и Беотийский союз) и спартанцами, во главе с Агесилаем П, (при поддержке мантинейцев, афинян, и элейцев).

Ход сражения: потери и маневры

За несколько дней до битвы, состоявшейся в июле 362 г до н. э., элитные части фиванцев атаковали Спарту, которая к тому времени охранялась малыми силами, поскольку основная армия Спарты, ведомая Агесилаем, находилась на марше в Аркадию. Этот маневр не удался, потому что спартанцы оказали ожесточенное сопротивление, невзирая на свою малочисленность. Архидам в ходе атаки на Спарту, с сотней воинов атаковал фиванцев в самых горячих точках сражения, и вытеснил врагов из Спарты, несмотря на их численный перевес. Сохранились восторженные предания о молодом спартанце Исаде, который с мечом и копьем, абсолютно нагой, убил всех атаковавших его врагов, а сам при этом даже не был ранен.
Чуть позже афинская конница столкнулась с фиванской у Мантинеи, и, несмотря на численный перевес Фив, одержала убедительную победу. Эти события не оставили Эпаминонду другого выбора, кроме как начать генеральную битву, и победить. Беотийский союз прислал ему подкрепление, и фиванская армия на тот момент оказалась по численности на треть больше армии своего противника. К Фивам присоединились также аркадцы из Мегалополя и Тегеи.
Тактической ошибкой спартанцев стало применение неглубокой классической фаланги, которую фиванцы легко продавили, используя однажды оказавшийся успешным прием «косой клин», который уже сработал в битве при Левктрах. В обеих битвах Эпаминонд не ошибся в своих расчетах, атаковав своим флангом более слабый фланг противника. Спартанцы, никогда до этого не проигрывавшие, потеряли при Левктрах царя Клеомброта.

По спартанским законам, воины, побежавшие при Левктрах, (проявившие трусость), должны были лишиться гражданских прав. Но тогда Спарта могла остаться без воинов, и новый царь объявил, что в тот день законы спали. Атака фиванцев на сам город, тоже ничему их не научила. Ранее спартанцы похвалялись тем, что их женщины никогда не видели огней неприятельского лагеря, но положение изменилось. О битве при Левктрах они заявили, что фиванцы атаковали их не по правилам, но в битве при Мантинее повторили прежний тактический просчет. Фиванцы же, напротив, применили новый тактический ход, и, вместо ожидаемой атаки на левом фланге, сокрушительно атаковали правый. В отличие от сражения при Левктрах, спартанцы сумели перестроиться, и оказали сопернику сопротивление. 

Чтобы одержать убедительную победу, Эпаминонд лично повел в атаку беотийскую колонну, но мужеству спартанцев перед лицом превосходящего противника, не было границ, и один из них, Антикрат, смертельно ранил фиванского полководца. В ходе битвы погибли Иолаид и Даифант, будущие преемники Пелопида, который ранее погиб в сражении против фессалийцев. После гибели своего полководца, фиванцы вернулись на свои позиции, и спартанцы последовали их примеру. Еще можно было начать заново, и решить, кому будет принадлежать гегемония в Греции, но битва не состоялась. На этой битве собралась почти вся Греция, но разыгрываемый трофей не попал ни в чьи руки. Обе стороны, как победители, выдали своим противникам трупы поверженных, и обе стороны, как побежденные, согласились на перемирие.
При этом и те, и другие, утверждали, что победили они, но ни те, ни другие, ничего не получили в результате этой битвы. Ни городов, ни власти, ни победы, ни поражения.

Полководцы битвы: гении тактики и стратегии до нынешних дней

Эпаминонд, сын Полимнида, происходил из знатного, но бедного рода Кадмовых Спартов. В то время, когда он продвинулся, в Фивах ценилось не знатное происхождение, а ум, честь, талант, заслуги перед отечеством. Тем не менее, он мог гордиться тем, что его родословная восходит через Кадма к финикийским царям, а его предок Кадм основал в Беотии Фивы, (изначально крепость Кадмию), повинуясь указаниям Дельфийского Оракула. Получив прекрасное образование, он не был ни демократом, ни сторонником олигархии, и долгое время держался в стороне от политики, но, во имя славы своей Родины, выиграл многие сражения, и основал несколько городов. Его по праву считают одним из величайших греческих полководцев, погибшим, как герой, во время сражения.

Агесилай П, сын спартанского царя Архидама и царицы Евпопии, отвечал всем требованиям народа-воина, рано проявил полководческий талант, и занял престол после смерти своего старшего брата. Не отличавшийся красотой, он был нечеловечески умен, прозорлив, исполнен честолюбивых замыслов о величии, и могуществе своего родного города.
Несмотря на сокрушительное поражение при Левктрах, и неудачу при Мантинее, Агесилай дважды спас Спарту от захвата фиванцами, а впоследствии, при помощи военной силы и интриг, возвел на трон Египта персидского правителя Нектанеба П, благодаря чему прекратилась египетская война за трон. Он скоропостижно скончался в гавани Менелая, возвращаясь в Грецию после великих военных дел. Спартанцы свято верили в его военное искусство, и считали его великим полководцем. Это мнение сохранилось и до наших дней.

Печальные итоги

Некоторые источники считают, что в Битве при Мантинее победили фиванцы, но даже если и согласиться с этим утверждением, то гибель Эпаминонда свела на нет все завоевания этой победы. Между тем, историк Ксенофонт рассказывает, что, поскольку обе стороны наступали, и отступали, и поэтому просили вторую сторону выдать трупы своих погибших, они должны считаться, согласно тогдашним греческим законам, побежденными. Фиванцы, потрясенные гибелью своего вождя, даже если и одержали победу, то не смогли воспользоваться ее плодами. Фивы утратили свою лидирующую роль в Пелопонесе, и только в Средней Греции продержались еще несколько лет.
Оба полководца проявили себя замечательными стратегами, и, если бы исход битвы был иным, не важно, в чью пользу, попытки объединения греческих городов вокруг наиболее сильного, имели бы некоторый успех. Вместо этого греческие города оказались разобщенными, и от этого их не спасло даже кратковременное лидерство Афин. С точки зрения сегодняшнего времени, именно битва при Мантинее, и стала причиной распада Великой Греции, и ее превалирующего положения в тогдашней истории.

Смотрите также

s

Напишите мне

Отправля сообщение я принимаю условия пользовательского соглашения